пятница, 17 апреля 2015 г.

Орфей -- 12

Шмыг заглянул в нити Гуза и выяснил, что к загробному миру его привязывает тревога за будущее его общины. Чтобы перерезать эту нить, герои решили поспособствовать проведению проповеди. Правда, не Гуза, а его потенциального преемника.

Айрин и Юле Гольдштейн пришлось слегка поработать кошмарами, чтобы помочь молодому человеку, во-первых, выбрать подходящую тему для проповеди, а во-вторых, успокоиться и составить хороший текст. Шмыг удачно перехватил Гуза по пути к импровизированной кафедре, сказав, что нужно дать шанс молодежи. После чего все смогли насладиться пылкой, хотя и несколько сумбурной проповедью о “соли земли” и прочих душеспасительных материях. Гуз настолько впечатлился, что растаял во внезапно начавшем бить из-за его спины свете.

На этом герои сочли свое задание законченным и отправились писать отчет. Единственное, на чем настоял Седов -- это чтобы они либо не включали в документ сведения о виновности Синтии в смерти Ульмана, либо озаботились сделать анонимный звонок в полицию, чтобы в будущем иметь возможность сказать, что они не скрывали известное преступление от властей. Ну либо сделали два отчета -- один неполный, а другой секретный, который в случае какой-либо проверки властями им бы не достался.

Время между заданиями герои употребили по-разному. Айрин с небольшой помощью Алексея провела дополнительное расследование по Хаффингтонам и обнаружила на пейджере Барабары сообщение от дочки, в котором та просила ее срочно приехать. Признанием в убийстве оно, конечно,  не является.

Джулия Ривз тем временем сдружилась с Синтией и выяснила, что девочка она не слишком далекая, и совершенно не раскаивается в смерти Ульмана, а винит во всем его. А также любит повеселиться, водит под легкими наркотиками и вообще ведет несознательный образ жизни. Джулия решила, что просто знакомства с родителями Синтии ей будет достаточно.

Грегор под впечатлением от общения с умершими людьми задумался о том, что, возможно, в посмертии всех ожидает-таки расплата за прижизненные поступки. И что фумигация Ульмана, возможно, является более тяжким грехом, чем убийство живого человека. По этому поводу он решил совершать хорошие поступки и в свободные от работы ночи занялся борьбой с уличной преступностью в Сиэттле.


Человек-Шалом, носящий кнейч с поддельными пейсами, кольчугу под пиджаком и пару кастетов со звездами Давида, начал терроризировать мелкие банды. Не знаю, что бы сказала мама Грегора, которую он оставил в Израиле, на столь вольное обращение  с культурой их предков.

Грегора же в основном интересовало то, что, благодаря молоху, он может не слишком опасаться даже огнестрельного оружия, а если у гопников найдутся автоматы, но в худшем случае им достанутся его шапка с кастетами, поскольку от пуль он просто развоплотится. Главная опасность -- то, что придется иногда обращаться к Злобе, чтобы активировать кошмары. Но для резидентов это не настолько большая опасность.

Юля принялась экспериментировать с успокаивающим влиянием крика баньши на людей, страдающих психологическими заболеваниями. Для этого она связалась с парой своих бывших пациентов, живущий в Сиэтле, и по ночам, так сказать, поет им колыбельные.

Алексей занялся доводкой машины Джулии, которая, судя по всему, очень хочет превратить ее в бэтмобиль по степени защищенности. И только Павел расслаблялся, а под конец перерыва утащил всех героев в отпуск на Гаваи.

вторник, 7 апреля 2015 г.

Орфей -- 11

После завершения эпопеи с Ульманом перед героями встал серьезный вопрос: что делать с Синтией и Деррелом. Герои сходятся во мнении, что оставлять их безнаказанными было бы неправильно. Но при этом найти улики, достаточные для суда, они не рассчитывают. В итоге довольно много времени они потратили на то, чтобы выработать альтернативный план действий.

Обсуждались радикальные планы действия, вроде продолжения спецэффектов по рецепту Ульмана и доведения парочки до нервного срыва. Была идея шантажировать Хаффингтона, который, скорее всего, в курсе дела. Или наоборот предоставить ему доказательства и под угрозой разоблачения потребовать наказать Синтию. Или слить информацию “нехорошим людям”, которые возьмут процесс шантажа на себя. Ну или вообще ничего не делать, потому что это не их дело.

В конце концов герои решили подвигнуть Синтию к идее покаяться, подкинув ей “гадалку”, которая “насмотрит” на ней тяжкий грех, который нужно замаливать. В роли гадалки обсуждается Павел, потому что он уже мертвый и его внешность можно спокойно светить.

Также герои хотят довести до какого-нибудь завершения историю с Гузом. А конкретно отправить его в посмертие. Для этой цели они даже выписали из Орфея игниса, парня по прозвищу “Шмыг”, который мог бы получить выгоду от перерезания нитей покойного проповедника.

В компании со Шмыгом герои отправились обратно в Кейстоун следующим днем. Игнис, которого на самом деле зовут Джон Карратерс, всю дорогу развлекал героев фокусами, которые он упорно называет “настоящей магией”.
Гуз нашелся в своей старой комнате в доме, где с предыдущего визита героев прибавилось людей. Он, судя по всему, готовится проповеди, базирующейся на Откровении Иоанна Богослова. Как он собирается ее читать не очень понятно.

среда, 1 апреля 2015 г.

Орфей -- 10

Герои разбежались кто-куда. Айрин и Ривз остались с Седовым на случай, если Ульман таки объявится. Григория и Алексея, как наиболее способных противостоять боевику-кентервилю, послали сторожить дом Хаффингтонов. Оставшиеся Павел и Гольдштейн вернулись в больницу охранять Даррела.

В больнице ничего интересного не было. Юля прикинулась девушкой пациента, недавно отправленного в интенсивную терапию, и коротала время в приемном отделении. Павел отправился наверх и стал свидетелем посещения Даррела его отцом, который перед уходом пообещал преподать урок “этим говнюкам”.

Через какое-то время к героям присоединился совершенно бандитского вида и повадок сотрудник Орфея по имени Хойт Мастерсон. Он сказал, что он кентервиль, и если надо, может надавать кому-нибудь по морде, и пошел сидеть в машине на стоянке больницы.

Тем временем Григорий залез в дом Хаффингтонов, нашел там только миссис Хаффингтон работающую в саду, и отправился осматривать комнату Синтии. Где обнаружил образцово-показательную комнату девушки достойного поведения а также заныканные по разным местам контрацептивы, кожаный прикид, грим и пакетик с таблетками в виде розовых сердечек. В общем Синтия ведет более-менее двойную жизнь.

Семья городского советника постепенно собралась, и довольный Уильям Хаффингтон заявил, что этим вечером они обедают в ресторане. Семейство погрузилось в машину и поехало, а за ними на расстоянии покатили Алексей в своем фургоне и подъехавшая к этому моменту Ривз и Григорий в спортивной машинке Джулии.

Тут проявил себя до сих пор скрывавшийся Ульман, который, очевидно, решил перейти от кровоточащих потолков к более решительным мерам. Героев обогнал тяжелый мусоровоз без водителя в кабине и принялся нагонять Хаффингтонов.
Тут настал черед действовать Григорию. Он использовал кошмар молох, чтобы из просто хорошего атлета стать нечеловечески хорошим, перепрыгнул с машины Ривз на мусоровоз и коварно отвернул руль влево с помощью кавардака. Ульман такого просто не ожидал, и грузовик попросту опрокинулся набок, напрочь перекрыв улицу и поставив в весьма неприятную ситуацию преследовавшую его на близком расстоянии Ривз.

В общем, Джулия побила свою машинку, но сама отделалась кровоточащим носом. Впрочем, это было даже на пользу, поскольку позволило ей легко перехватить Хаффингтонов, которые хотели помочь пострадавшим в аварии, и убедить их бежать, заявив, что ее специально подрезал маньяк с пистолетом.

Далее был пафосный поединок между Григорием с его двуручником и Ульманом, который вырастил из руки ствол пистолета и принялся стрелять. Впрочем, все еще действующий молох позволил Григорию достаточно успешно имитировать Нэо из Матрицы, так что он даже не пострадал. А вот искромсанный Ульман манифестировался из последних сил и взял в заложники выскочившего из соседнего дома человека.

Переговоры в этой экстремальной ситуации не задались. Григорий категорически отказался отпускать Ульмана и заявил, что запросто пожертвует заложником. А подъехавший на своем фургоне Алексей добил призрака из спешно созданного с помощью кошмара пистолета. Заложник почти не пострадал физически, хотя нападение сумасшедшего типа с пистолетом, который разговаривал с голосами в голове, оставило свой отпечаток.

Далее прибыла полиция и потянулось нудное расследование, в результате которого к героям у властей никаких претензий не возникло.